Возле наших церквей, на парковках, возня:
Молодежь – пацаны и девчата.
Малышами еще из тюрьмы и огня
Мы везли в США их когда-то.
За спиною у многих гремела война:
Фергана, Карабах, Приднестровье…
С болью в сердце нас в даль провожала страна,
Обагренная грязью и кровью.
Мы мечтали о том, чтобы дети росли
В тишине и покое за морем,
Чтобы счастье себе они в Боге нашли,
Позабыв о лишеньях и горе,
Чтобы было у них каждый день молоко
И кусочек насущного хлеба,
Чтобы было всегда хорошо и легко
Под чужим, но безоблачным небом;
Чтобы шли они мирно в молитвенный дом
И никто бы не гнал их оттуда,
Чтобы в церкви родной за кровавым крестом
Не таился предатель Иуда;
Чтоб имели они, приходя на урок,
Карандашики, ручки, бумаги,
Чтобы мирно над ними играл ветерок
В полосатые звездные флаги.
Кто-то, знаю, отправить однажды мечтал
Сыновей своих в колледж библейский,
Чтобы кто-то из них беспрепятственно стал
Богословом, врачом, полицейским…
Кто-то жаждал Америку вспять повернуть
На волне отмирающей эры
И отступницу в Божие лоно вернуть
Силой нашей Евангельской веры.
И помчались года, как весенние сны,
Разделяя нас с родиной грешной,
Иммигранты далекой безбожной страны
Поднимались из праха успешно,
Покупали диваны, машины, дома,
Брали в банках большие кредиты,
От работы тяжелой сходили с ума,
Став рабами масонской элиты.
Продавали себя и тонули в грехах,
Беспощадно делили портфели…
Только деток своих в суете, впопыхах
Привести ко Христу не успели.
Защищая традиции наших отцов,
Нашу веру, язык и обычаи,
Мы столкнули с гнезда наших милых птенцов
На дорогу слепого двуличья.
Вот они – в самом центре людской пустоты,
На широкой церковной парковке.
Это наши молитвы и наши мечты –
Миши, Пашки, Тимошки и Вовки.
Очень быстро освоив английский язык
И не поняв родительской веры,
Наши дети себе смастерили ярлык
И назвали себя «Дэвээры»*.
Кто-то ходит из них по ночам в казино,
Кто-то курит ботву или травку,
Кто-то пьет с наслаждением пиво, вино,
Посещая запретную лавку.
А кого-то уже разъедает тоска
За высоким электрозабором,
А кого-то уже гробовая доска
Хладнокровно покрыла с позором…
Сколько наших мальчишек и наших девчат
Смерть нашли на дорогах широких!
У могил их в безумье их мамы кричат…
Не вернутся родимые крохи.
Сколько наших мальчишек безжалостно в «Нил»
Было брошено нашей рукою!
Чтобы все описать, мне не хватит чернил.
Да и стоит ли делать такое?
А девчонки-глупышки в 14 лет…
Им бы в куклы играть возле мамы!
Грех прошел по сердцам и оставил свой след,
Но еще не закончились драмы.
Мы их гоним порой от церковных ворот,
Как негодных, паршивых овечек…
Может, все-таки кто-то откроет свой рот
И в защиту их молвит словечко?
Не гоните их прочь, это наша ведь кровь!
В час беды к ним лицом повернитесь!
Кто-нибудь, проявите святую любовь,
И за них, кто-нибудь, заступитесь!
Отложите на время и кодекс, и власть
И на место заступников встаньте,
И не дайте ребятам во мраке пропасть,
Гнать и строго судить перестаньте.
Отыщите с ребятами общий язык,
Хоть английский, украинский, русский…
И из шумной толпы и из диких музык
Путь откройте прославленный, узкий.
И во имя спасенья родимых детей
Вы пожертвуйте собственной долей,
И отцовской любовью из адских сетей
Молодежь отпустите на волю.
А пока на церковных парковках возня…
Ради Бога, отцы, торопитесь!
Погибают ребята средь белого дня,
Кто-нибудь, за детей заступитесь!
Павел Озерков
* ДВР – дети верующих родителей.
